Кибератаки, утечки персональных данных, онлайн-преследования и цифровое насилие становятся все более серьезным препятствием для профилактики и лечения ВИЧ/СПИДа. По мере перевода медицинских и социальных услуг в цифровой формат необходимо одновременно защищать конфиденциальность людей и не допускать углубления неравенства.

О том, почему кибербезопасность в предоставлении услуг в связи ВИЧ стала одним из направлений в противодействии эпидемии, в интервью Евгении Клещевой из Службы новостей ООН рассказала специалист Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу (ЮНЭЙДС) Дарья Очерет.

Интерес ЮНЭЙДС к цифровой безопасности значительно усилился во время пандемии COVID-19, когда из-за локдаунов многие услуги, связанные с профилактикой, тестированием и лечением ВИЧ пришлось срочно переводить в онлайн-формат.

Однако доступ к цифровым технологиям оказался далеко не равным. Очерет привела пример Зимбабве, где клиника разместила на своем сайте подробную информацию о получении антиретровирусных препаратов во время локдауна. Однако многие жители страны, живущие с ВИЧ, пользовались пакетами мобильного интернета, которые предоставляли доступ только к социальным сетям и мессенджерам, но не к традиционным веб-сайтам.

«Вот этот разрыв между нашими представлениями о том, как использовать цифровые возможности, чтобы облегчить доступ к услугам, и тем, что было доступно на самом деле, меня тогда очень поразил», – рассказала она Службе новостей ООН.

В Казахстане организация, созданная женщинами, живущими с ВИЧ, помогала своим клиенткам получать необходимые для посещения медучреждений по время пандемии QR-коды: у некоторых не было собственного телефона, другие не знали, как пользоваться новой системой.

По словам сотрудницы ЮНЭЙДС, эти примеры показали, что цифровой разрыв существует не только между странами, но и внутри отдельных сообществ. Среди людей, живущих с ВИЧ, представителей ЛГБТКИ-сообщества, секс-работников и людей, употребляющих наркотики, есть как активные пользователи технологий, так и те, кто не располагает собственным устройством, стабильным интернетом или необходимыми навыками.

«Как нам не допустить, чтобы цифровое неравенство еще больше усложнило доступ к услугам по ВИЧ? Здесь необходимы системные решения», – подчеркнула Очерет.

В 2020 году ЮНЭЙДС поддержала проект по развитию навыков цифровой безопасности среди женских организаций в Казахстане, Беларуси и Украине. Участниц обучали использованию VPN и других средств защиты.

«На тот момент такие угрозы были скорее теоретическими», – отметила собеседница Службы новостей ООН.

В 2025 году в рамках глобального проекта ЮНЭЙДС по поддержке ЛГБТИ-сообществ был проведен опрос, в которых приняла участие 21 организация из 17 стран. Выяснилось, что большинство из них уже сталкивались с кибератаками, причем неоднократно. Исследование также выявило значительные пробелы в готовности организаций реагировать на цифровые угрозы. На основе полученных данных были разработаны практическое руководство и учебный модуль по цифровой безопасности и предотвращению гендерного насилия с использованием технологий.  

По словам Очерет, цифровое насилие невозможно рассматривать в отрыве от ситуации в «физическом» мире: офисы, убежища и другие помещения ЛГБТИ-организаций подвергаются нападениям. По данным 2025 года, 64 страны криминализуют те или иные аспекты однополых отношений – это треть государств мира. В Глобальной стратегии по СПИДу поставлена цель снизить количество стран, в которых применяются подобные законы, до 10 процентов. Подписанная 22 июня этого года новая Политическая декларация по ВИЧ/СПИДу подтвердила намерение стран двигаться в этом направлении.

«Нельзя сказать, что цифровые технологии спровоцировали рост насилия. Они просто становятся еще одной площадкой, где можно нанести ущерб ключевым группам и организациям, которые с ними работают», – подчеркнула специалист ЮНЭЙДС.

Наиболее серьезным риском для организаций Очерет назвала доступ посторонних к базам клиентов, данным сотрудников и внутренним документам. Эта угроза особенно велика там, где однополые отношения, секс-работа или употребление наркотиков криминализованы и где законодательство может применяться против организаций, предоставляющих таким группам медицинскую и социальную помощь.

В странах Восточной Европы и Центральной Азии партнеры проекта сообщали о поддельных профилях в приложениях для знакомств, незаконной проверке телефонов, слежке за активистами в социальных сетях, шантаже и распространении дезинформации.

Так, по данным партнеров ЮНЭЙДС, одна из организаций в Центральной Азии после серии взломов, фишинговых атак и слежки столкнулась с утечкой адресов офисов и списков активистов. Сотрудники подверглись шантажу, онлайн-преследованию и разжиганию ненависти, после чего организация была вынуждена прекратить работу. Позднее активисты возобновили деятельность в новой структуре и разработали политику кибербезопасности, однако из-за нехватки средств не могли регулярно обновлять защиту и обеспечивать сотрудников безопасными устройствами.

На фоне сокращения финансирования цифровые инструменты становятся все более привлекательным способом охватить больше людей при меньших затратах. Уже существуют успешные чат-боты и дистанционные сервисы для ключевых групп населения.

В Бразилии, например, был создан чат-бот для молодых трансгендерных людей. По словам представительницы ЮНЭЙДС, такой формат может оказаться удобным и вызывать доверие: люди порой готовы сообщить чат-боту информацию, которой не поделились бы даже с социальным работником. Однако широкое распространение подобных чат-ботов возможно, только если будет гарантирована конфиденциальность и защита данных.

«Если человек задает вопрос о побочных эффектах препаратов для профилактики или лечения ВИЧ, сам по себе этот вопрос может косвенно говорить о том, что он или она живет с ВИЧ. В условиях стигмы и криминализации это может стать угрозой», – отметила Очерет.

Дополнительную проблему представляет совместное использование телефонов. В Кении исследователи обнаружили, что многие люди пользуются одним устройством вместе с родственниками, соседями или знакомыми. В таких условиях сообщение от чат-бота или история поиска могут раскрыть ВИЧ-статус, сексуальную ориентацию или другую конфиденциальную информацию.

Подобные цифровые угрозы могут негативно влиять на психическое здоровье, мешать людям обращаться за услугами и продолжать лечение, а также ослаблять работу организаций сообществ.  

Искусственный интеллект уже используется в исследованиях вакцин и лекарств, анализе эпидемиологических данных, планировании закупок и предоставлении консультаций. Но системных решений, которые гарантировали бы равный доступ и безопасность людей из криминализованных и стигматизированных групп, пока недостаточно.

Очерет также предупредила, что цифровые технологии могут усиливать неравенство между самими организациями. Те, у кого больше ресурсов, могут приобретать защищенные программы, нанимать ИТ-специалистов и пользоваться платными версиями инструментов ИИ, обеспечивающими лучшую защиту данных. Небольшие организации такой возможности зачастую не имеют.

ЮНЭЙДС не стремится самостоятельно создавать универсальные цифровые инструменты. Задача программы – поддерживать решения, разработанные самими сообществами, и помогать распространять успешный опыт.

Среди практических рекомендаций Очерет назвала регулярную оценку цифровых и физических рисков, обновление протоколов безопасности, наличие контактов квалифицированных юристов и отдельной бюджетной строки на защиту организации.

ЕКОМ, одна из организаций-партнеров ЮНЭЙДС в регионе Восточной Европы и Центральной Азии, например, создала инструмент самооценки, позволяющий НКО проверить, насколько защищены их сотрудники, устройства, документы и клиентские данные, а также определить, где необходимы новые протоколы или обучение.

«Проблемы кроются не в виртуальной реальности и не в искусственном интеллекте. Они просто становятся дополнительным инструментом для атак. Причина уязвимости – в стигме, культурных нормах и законодательстве», – подчеркнула представительница агентства ООН.

Первоисточник: news.un.org »