 |
07.11.2006 13:38 |
| |
Маарив: Спасибо госконтролеру! |
 |
Дан Маргалит, Маарив, 07.11.2006
Никто не оспаривает легитимности позиции пяти профессоров-подписантов, призвавших кнессет ограничить полномочия государственного контролера. Они хотят видеть на этой должности сжавшегося, скомканного, анонимного, предсказуемого и безопасного для правительства чиновника. Как было в прошлом, когда отчеты госконтролера никого конкретно не затрагивали и служили фиговым листком для политиков.
Это верно, что контролировать нужно и ведомство контролера. Например, за то, что оно раскритиковало астрономические зарплаты в Центробанке, не наведя порядок у себя дома. И за многочисленные утечки в прессу служебной информации. Но эти нарушения, несомненно, заслуживающие расследования, блекнут по сравнению с коррупцией, разъедающей властные структуры в последние годы.
Прежде чем обвинять Миху Линденштрауса в склонности к саморекламе, необходимо отметить тот факт, что он вдохнул жизнь в госконтроль, сделал возглавляемое им ведомство гораздо более грозным, и, хоть и не искоренил коррупцию, но кое-кого изрядно перепугал. Не будем забывать и о том, что госконтролер объявил войну коррупции в то время, когда многие из тех, кто обязан стоять на страже закона, сами оказались замешаны в скандалах и разоблачениях.
Смотрите, что происходит в смежных с ведомством госконтролера учреждениях! Бывший генеральный инспектор полиции Шломо Ааронишки назвал (в ходе официальных показаний!) полицию гнездом политической коррупции. Назначения на руководящие должности в правоохранительных органах утверждались не в генштабе полиции, а на шароновской ферме Шикмим. Так что кроме госконтролера, некому заняться очисткой авгиевых конюшен. Буквально в эти дни выяснилось, как полиция, часть генпрокуратуры и некоторые судьи сговаривались, оставляя гражданина беззащитным. Об этом сказали наши мудрецы: чем больше сговариваются шептуны в судах, тем сильнее ярость в Израиле (Вавилонский Талмуд, трактат Сота, 47:б – Курсор).
Когда офицер полиции Мири Голан выслуживаясь (и это нормально), уговаривала колеблющуюся солдатку подать жалобу на министра юстиции и повторяла, что такой человек не должен назначать судей – допустим, и это в пределах нормы. Но, на каком основании она утверждала, что Хаим Рамон непременно подаст встречную жалобу за клевету, и якобы спасти солдатку может только лобовая атака?
Старший ее по званию Йоханан Данино, начальник следственного отдела полиции, держался подальше от прослушиваний в ходе следствия, в особенности – от прослушивания разговоров начальника канцелярии главы правительства.
Полиция погрязла в политических назначениях, но не только в них, и не только она. После того, как прокуратура выступила с лживым сообщением, будто в ходе следствия по делу о министерском поцелуе не осуществлялось прослушивание телефонных разговоров, будто разоблачение Хаима Рамона нерелевантное, прокурор тель-авивского округа Рут Давид должна поскорее собрать вещички и выйти в отпуск – вплоть до окончательного расследования случившегося.
Но халатность и пренебрежение законами, допущенные органами правосудия в ходе следствия, не должны отразиться на судебном процессе. Следствие отдельно, суд – отдельно. Хаиму Рамону, надо полагать, нужно полное оправдание, а не закрытие дела из-за процедурных погрешностей.
В правовом государстве, ведущем себя так, будто между ним и сицилийской мафией нет ничего общего, уголовные расследования не должны мешать друг другу. Хотите расследовать сотрудника ведомства госконтролера Яакова Боровского? Пожалуйста! Он сам любезно вышел в отпуск в самый разгар проводимого его подчиненными расследования подозрений против Ольмерта. Но покатившийся ком расследований коррупции в высших эшелонах власти уже невозможно остановить. Возможно, государственный контролер не должен заниматься этими делами. Но ему это поручили, и его отчетам можно верить. Прежде всего, потому, что он покусился на тех, кто привык считать себя защищенными от правосудия.
Пятеро подписантов-интеллектуалов хорошо сделают, если подумают о том, что страх, который нагнал Миха Линденштраус на политическую и финансовую элиту, гораздо важнее некоторых нарушений, допущенных его ведомством. Даже, если бы удалось доказать, что госконтролером движет исключительно тщеславие, играют роль не его скрытые мотивы, а явные разоблачения коррупции.
|
|
|
Навигация по порталу: 
