Арик Бендер, "Маарив" Бывший руководитель Мосада Меир Даган родился в Советском Союзе, его родители были польскими евреями, выжившими в Катастрофе. Его дед по материнской линии, раввин Бэр Эрлих (Слушный), был убит нацистами.

Фотография деда постоянно висела в кабинете главы внешней разведки Израиля. Эта был знаменитый снимок, сделанный осенью 1942 года. На фотографии раввин Эрлих стоит на коленях перед своими нацистскими убийцами в гетто города Луков. Раввин Эрлих был снят за несколько минут до того, как был застрелен в упор. Эту фотографии обнаружил молодой поляк, который передал ее евреям, вернувшимся в родной город после войны в надежде найти выживших родственников.

Меир Даган (Губерман) репатриировался в Израиль в 1950 году вместе с родителями. Какая трагическая ирония судьбы: Даган, который всю свою жизнь посвятил борьбе за безопасность Израиля, борется сегодня за жизнь в задрипанной больнице в Минске, столице Беларуси, государства третьего мира, мрачной диктатуры, расположенной гораздо ближе к гетто города Лукова, чем к Тель-Авиву.

Невозможно отделаться от мысли, что государство Израиль бросило Меира Дагана, одного из своих выдающихся сыновей, в трудную минуту на произвол судьбы. Он не должен был сам искать в разных странах больницу, которая согласилась бы сделать ему пересадку печени. Государство Израиль, которое считается сверхдежавой в области медицины, должно было позаботиться об излечении бывшего руководителя Мосада. Позаботиться о донорстве, об операции в нормальном медицинском центре в развитой западной стране. Так не поступают с главой Мосада. Так не поступают со внуком раввина Бэра Эрлиха.

Пытаясь не потерять драгоценное время, необходимое для спасения своей жизни, Даган обратился в один из нью-йоркских медицинских центров. Однако там, по-видимому, для него не нашлось подходящего донора. Выяснилось также, что очередь на операцию по пересадке печени огромна. Это и привело его в белорусскую больницу, которая не считается подходящим местом для проведения сложных операций.

Я слышал различные бюрократические оправдания и разъяснения о том, что существует очередь, что человеку в возрасте выше 65 лет обычно не пересаживают печень, что есть заведенный порядок. Даган постоянно рисковал жизнью – своей и других людей – во имя нашей безопасности. Так неужели в столь критической ситуации мы не могли протянуть ему руку помощи?

Хотя бы для того, чтобы бывший глава израильской разведки не лежал сейчас в Минске, подключенный к аппарату искусственного дыхания, пытаясь выжить – в полном смысле этого слова? Хотя бы для того, чтобы избежать позорной ситуации, при которой белорусский диктатор сливает в прессу конфиденциальную информацию о госпитализации Дагана. Неужели нельзя было созвать комиссию по рассмотрению экстренных случаев, чтобы решить проблему операции в Израиле или другой западной стране? www.cursorinfo.co.il