Недавно в обсуждении темы связанной с судом по поводу одной из публикаций в русскоязычных СМИ leorer вспомнил имя нацистского преступника, ставшего в ХХ веке символом разжигания ненависти в прессе: Штрайхера, кстати, за что в Нюрнберге повесили? Он сам лично никого не убивал, а что сравнивал жидов с крысами и тараканами - так на то свобода слова.

Давайте попытаемся, немного абстрагируясь от конкретного дела вернуться вообще к проблематике взаимоотношения политкорректности, свободы слова, законодательства о клевете и подстрекательстве и т.д.

Можно вспомнить, что когда 11 лидеров Третьего Рейха получили смертный приговор Нюренбергского трибунала, то десять из них были приговорены к смертной казни по основному обвинению: заговора с целью начать мировую войну, которая унесла жизни десятков миллионов людей, погибших в боях или в лагерях смерти. Прочие обвинения, включая массовую бойню евреев, цыган, коммунистов и социалистов, других мирных жителей в Германии и оккупированных странах, вытекали из него.

Однако один из повешенных был признан невиновным по этому первому и высшему обвинению. Его звали Юлиус Штрайхер.

Судьи постановили, что "нет доказательств ни того, что он принадлежал к кругу ближайших советников Гитлера, ни того, что он когда-либо был тесно связан с формированием политики, приведшей к войне..."

Ведь Штрайхер, вступивший в серьёзную конфронтацию боровом Герингом, назвавший в одном из номеров «Der Stürmer» его единственную дочь «плодом искусственного оплодотворения», был в отместку удален со всех руководящих постов в гитлеровской иерархии. Он сам не убивал, не отдавал приказов о расстрелах, отправке в газовые камеры и крематории, но получил ту же меру наказания, что и фашистские главари, его признали таким же, как их, виновным в Холокосте.

За что же был осужден Штрайхер? Только за пропаганду ненависти, за антисемитскую пропаганду, за подстрекательство к геноциду, за призывы к разжиганию агрессивной войны, за выпуск газет «Der Stürmer» (Штурмовик), а потом ежедневной «Франкише Тагесцайтунг».

Суд обнаружил, что эта пропаганда войны и геноцида делает издателя газет не менее виновным, чем многих других подсудимых, непосредственно участвующих в действиях нацистской власти. Исторические преступления этого режима, решил суд, не могли бы произойти без подготовительной работы его и ему подобных по заглушению совести немецкого народа непрерывной антисемитской и милитаристской пропагандой. Как заявил обвинитель : "Без него Кальтенбруннеры, Гиммлеры, генералы Штрупсы не нашли бы готовых выполнять их приказы".

Прецедент Штрайхера повлиял на формирование правовой позиции законодательства и судопроизводства цивилизованных западных стран по отношению к пропаганде межнациональной ненависти и дегуманизации (расчеловеченья) разных народов в СМИ.

На примере Штрайхера можно рассмотреть и некоторые аргументы в защиту авторов или публикаторов текстов содержащих то, что на иврите именуется термином «диврей асата».

1) Не важно, что и как написано, нужно защищать, патамушта свобода слова.

Как сказал Саша Непомнящий: «Свобода слова - это свобода слова. За неё нельзя судить».

А Штрайхера Вы готовы были бы помиловать исходя из вашего желания защищать свободу слова?! Вы готовы осудить Нюрнбергский трибунал, который "почему-то" покусился на свободу слова господина Штрайхера и подверг его политическим репрессиям?

Любая свобода - она в рамках закона. Свобода моего кулака заканчивается там, где начинается свобода вашего носа. Право на свободу слова заканчивается там, где начинается клевета, подстрекательство, разжигание и т.д.

2) Левый истеблишмент закрывает рот…

Допустим. Вот у Штрайхера самым сильным сотрудником в обойме был карикатурист Филипп Рупрехт, проработавший в журнале «Der Sturmer» и в одноименном издательстве 20 лет и все это время занимавшийся тем, что иллюстрировал антисемитские пасквили, предназначенные преимущественно для немецкой молодежи, и рисовал скабрезные карикатуры на евреев...

3) Автор - дурак. Пишет плохо…. Чего на него обращать внимание…

В нюренбергской тюрьме, где содержались высокопоставленные нацистские преступники, американский армейский психолог провёл исследование умственных способностей заключенных. Показатель IQ у Штрайхера был 108, ниже чем у кого-либо из тестированных.

4) Наоборот: Автор талантлив. Или даже гениален. Его нельзя судить поскольку его творчество представляет эстетическую ценность. Художник выше идеологии.

Очень похоже на высказывания талантливой (и бывшей очень близкой в одно вреия с с Штрайхером) Лени Рифеншталь: «Я не понимаю, что такое фашистская эстетика, когда художник творит, он не может думать о политике». Тот же Рупрехт был по своему очень талантлив, но это не спасло его от тюрьмы.

5) Жанр. Это стихи. Стихи, например, судить нельзя.

Судят не жанр, не форму изложения, а содержание, смысл. У того же Штрайхера в «Der Sturmer» печаталось не мало стихов. А самыое популярное сочинение выпущенное в свет издательством Штрайхера это вообще детская книжка «Der Giftpilz» (Ядовитый Гриб).

6) Популярность

Это вообще не критерий. Штрайхер раскрутил свою газету с нуля, а на пике популярности она имела 800 000 экземпляров. «Протоколы сионских мудрецов» до сих пор очень популярны.

Когда в моем дневнике обсуждалась тема политкорректности мудрая halomea правильно указала, что произошла ПК не от "брака" вежливости с политикой, а от попытки осмыслить и извлечь уроки из страшного опыта первой половины ХХ века, когда миллионы людей уничтожили во имя всяческих "идей".

Политкорректность - это делигитимизация естественного и общечеловеческого свойства, ненависти к "другому". Запрет облекать эту естественную ксенофобию в форму идеологий, зовущих к действию. Ксенофобия объявляется личной психологической трудностью, которую страдающий ею должен как-то в себе лечить - просто для того, чтобы не стать изгоем в обществе.

Давид Эйдельман