 |
06.11.2006 15:59 |
| |
Давид Гроссман: Израилем правят пустышки |
 |
От редакции: Речь известного прозаика Давида Гроссмана, произнесенная на мемориальной церемонии по случаю 11-й годовщины убийства Ицхака Рабина, была воспринята как программный документ левого лагеря. Она спровоцировала подлинную бурю в политических кругах Израиля, а в СМИ и обществе продолжают активно обсуждать мысли, высказанные писателем. Курсор решил познакомить своих читателей с этой речью.
Давид Гроссман – речь на площади Рабина, 04.10.2006
Церемония памяти Ицхака Рабина – это минуты, когда мы останавливаемся, вспоминаем Рабина-человека и смотрим вглубь самих себя, на израильское общество, на его лидеров, на настроение народа, на мирный процесс – с точки зрения простых людей, вовлеченных в великие национальные свершения. Нелегкая это задача, заглянуть вглубь самих себя…
В этом году была война. Израиль задействовал огромную военную машину, но убедился в собственной уязвимости. Выяснилось, что только лишь военная сила не в состоянии гарантировать наше здесь существование. Обнаружилось, что мы переживаем кризисы практически во всех сферах. Я говорю, как человек, который любит эту страну очень сложной, но и однозначной любовью, как тот, чей союз с этой землей обернулся трагедией.
Я нерелигиозный человек, но я верю в то, что создание этого государства было чудом, явленным нашему народу. Я не забываю об этом ни на минуту, даже когда это чудо разменивается на медяки обыденности и прозябания в коррупции и цинизме, когда окружающая реальность являет собой злую пародию на чудо. И, движимый такими чувствами, я обращаюсь к вам в этот вечер.
Смотри земля, как расточительны мы были! – писал Шауль Черниховский в Тель-Авиве в 1938 году. Поэт скорбит о том, что мы опускаем в землю не жемчужинки гречихи, не зерна полновесные пшеницы, не семя легкое овса, не золотого ячменя крупицы, а цвет гордый, свежий, лучезарный
сынов мы наших лучших отдаем тебе – цвет юности (пер. М. Ялан-Штекелис – Курсор).
Смерть молодых – это страшное, непростительное расточительство. Не менее страшно становится при мысли, что долгие годы Израиль транжирит не только молодые жизни, но и то чудо, которое случилось с нами, ту уникальную, подаренную Историей возможность создать просвещенное, демократическое государство, которое должно было стать не только убежищем и национальным очагом, но и наделить новым смыслом наше национальное существование.
Мы могли создать государство, в котором принцип равноправия для неевреев был бы важнейшей составляющей еврейского самосознания, не уступающей собственно еврейскому этосу.
Посмотрите же сами, что произошло с этой когда-то молодой, дерзкой, полной жизни страной! Из отрочества и пылкой юности Израиль скакнул прямо в дряблую, склочную старость. Когда же это произошло? Как мы потеряли надежду на лучшую жизнь? Почему мы отрешенно наблюдаем, как наш дом захватывают насилие и расизм?
Не было царя у Израиля
Возможно ли, чтобы наш творческий, возрождающийся народ, неоднократно восстававший из пепла, оказался столь слабым и беззащитным именно сейчас, когда в его распоряжении имеется одна из лучших армий мира? Мы оказались жертвами, причем, жертвами самих себя. Одно из чувств, обостренных недавней войной, это осознание того, что нет царя у Израиля (Книга Судей, 18:1 – Курсор). Что наше руководство – и военное, и политическое – пустышки.
Люди, управляющие сегодня государством, не в состоянии воссоединить израильтян с их сознанием, и уж, конечно, не с теми частями национальной памяти, которые придали бы нам надежду и силу, солидарность друг с другом и с землей, которые вернули бы смысл этому бесконечному изнурительному противостоянию. Пространство в скорлупе израильской власти заполняют страхи и угрозы, интриги и разбазаривание всего, что нам дорого.
В этом смысле нынешние правители, безусловно, не являются лидерами, необходимыми народу в сложной ситуации. Иногда кажется, что все пространство их мысли ограничено двумя строчками газетных заголовков или двумя допросами в ведомстве юридического советника.
Посмотрите на тех, кто правит нами! Не на всех, но на многих из первых лиц. Представьте себе, как они ведут себя в прокуратуре, вообразите себе их внутренний мир. Право, смешно ожидать от них творческого прорыва, смелой мысли, нестандартного подхода.
Когда в последний раз глава израильского правительства сделал нечто, что сулило бы благо для еврейского народа? Когда у нас выдвигались новые проекты в социальной, культурной, этической сфере? Было ли когда-то, чтобы он не только поспешно реагировал на чужую инициативу?
У меня болит страна
Г-н глава правительства! Мною движут не злость и не месть. Мне действительно больно за страну, в которой заправляете вы и ваши товарищи. Ваш успех важен для меня, потому что наше общее будущее зависит от того, сможете ли вы совершить поступок.
Ицхак Рабин решился на мир с палестинцами не потому, что испытывал к ним симпатию. Он почувствовал, что израильское общество более не может существовать в ситуации с нерешенным конфликтом. Раньше многих других он осознал, что израильтянин не может жить, не имея надежды на лучшее будущее. Всё это и сегодня верно и актуально.
Посмотрим же на самих себя. Вот уже больше 100 лет продолжается конфликт. Мы родились во время войны и получили военное воспитание. Наверное, именно поэтому мы думаем, что этот столетний беспредел – единственная форма существования, и мы не имеем права на лучшую жизнь. Но, вечно ли будет убивать меч? (Шмуэль, 2 кн., 20:26 – Курсор).
Возможно, в этой психологии кроются причины полного прекращения мирного процесса, прекращения, продолжающегося уже несколько лет, и пожинающего кровавую жатву? Таким путем мы сможем объяснить и то равнодушие, с которым многие из нас восприняли пощечину израильской демократии в виде назначения Авигдора Либермана на важный министерский пост.
С согласия партии Авода, пиромана назначили главным пожарным! Эти же причины объясняют и то, почему Израиль опустился до животной жестокости по отношению к своим беднякам и горемыкам.
Израиль равнодушен к страданиям голодных, к торговле женщинами, к унижениями иностранных рабочих. Махровый, повязанный с властью, расизм по отношению к арабскому меньшинству. Никаких потрясений, никаких протестов. Даже, если мы вернемся когда-нибудь к нормальности, возможно, не сумеем уже полностью излечиться.
Господин глава правительства, что вам терять?
Тот факт, что наша семья перенесла невосполнимую утрату – гибель на войне сына Ури – не дает мне преимуществ в дискуссии. Но я теперь лучше понимаю разницу между важным и второстепенным, достижимым и недоступным. Каждый здравомыслящий израильтянин или палестинец представляет себе контуры будущего соглашения между народами.
Каждый понимает разницу между мечтой и тем, чего можно добиться за столом переговоров. Те, кто отказываются признать это уже сегодня, не являются партнерами.
Обратитесь к палестинцам, г-н Ольмерт, через голову ХАМАСа – к умеренным из них. Обратись к палестинскому народу со словами о его глубоких страданиях и ранах. Признайте их продолжающуюся трагедию! Один раз – посмотрите на них не через оптический прицел и не через закрытый КПП.
И вы увидите униженный оккупацией и потерявший надежду народ. Конечно, палестинцы тоже виноваты в создавшемся тупике. Конечно, и они тоже виноваты в провале мирного процесса, но посмотрите на них по-другому. Не только на их экстремистов.
Г-н глава правительства, может быть, нужно напомнить вам о том, что вы незамедлительно должны отреагировать на мирную инициативу любого арабского лидера. Вы обязаны проверить искренность его намерений. У вас нет морального права отвечать отказом.
Если президент Асад говорит, что Сирия стремится к миру, даже если вы не верите ему, вы должны в тот же день согласовать с ним дату встречи. Вы ведь, не колеблясь, начали войну. Так, что же вам терять? Вы его подозреваете?
Ступайте и выдвиньте условия, которые прояснили бы искренность намерений. Предложите ему растянутый на несколько лет мирный процесс, если он выполнит все условия, то в конце получит Голанские высоты. Для этого вас и выбрали!
Я обращаюсь ко всем присутствующим – к молодежи, которая вернулась из Ливана и которая заплатит цену следующей войны, к правым и левым – остановитесь на минуту! Поглядите в пропасть и подумайте о том, как быстро мы можем потерять всё, что создали здесь. Спросите самих себя, не заслужили ли мы лучшей жизни?
(Публикуется с небольшими сокращениями по оригиналу в газете Маарив)
|
|
|
Навигация по порталу: 
