 |
15.08.2006 13:31 |
| |
Гаарец: Нашли виноватого в поражении |
 |
Нехемия Штрасслер, Гаарец, 15.08.2006
Вот так потихоньку картина проясняется, и становится понятным, кто же на самом деле виноват в ливанском провале. Не начальник Генерального штаба Дан Халуц, пообещавший за две недели расправиться с Хизбаллой, причем, только руками-крыльями ВВС. И не Эхуд Ольмерт с Амиром Перецом, не удосужившиеся заглянуть в планы армии и провести их критический анализ, зато, с характерной для них спесью, в течение часа принявшие решение начать полномасштабную войну с неясно определенными и недоступными для исполнения целями.
Нет, в Израиле есть один вечно виновный, самый главный злодей, бывший министр финансов Биньямин Нетаниягу. Так рассуждают приближенные Ольмерта из его канцелярии, так говорят высшие армейские офицеры. Нетаниягу нажимал на всех для того, чтобы добиться сокращений армейского бюджета, в результате чего – это факт! армия не сумела дать необходимые для войны инструменты резервистам. Даже еду и воду не смогли доставить в Ливан из-за Нетаниягу.
Были также приостановлены программы разработки новых видов вооружений. Поэтому виноват тот, кто не дал денег, а не те, кто руководил или исполнял приказы.
Удивленный слушатель еще может подумать, что кто-то на самом деле ухитрился сократить военный бюджет. Правда, в действительности, попытки сделать это были, но ЦАХАЛ – тогда - с успехом подавил вражеские выступления.
В 1995 – 2000 годах оборонный бюджет из года в год сохранял свою реальную стоимость с учетом инфляции. Когда началась вторая интифада, ЦАХАЛ в течение двух лет получал приличную прибавку. Но именно тогда грянул в стране экономический кризис, и остро встала необходимость срочно сократить расходную часть бюджета. Это правда, что между 2003 и 2005 годами (когда Нетаниягу был министром финансов) оборонный бюджет был сокращен на некоторую величину, но даже после этих сокращений его размер (46 млрд. шекелей) оказался выше, чем был в 2000 году.
Но если это так, где же здесь сокращения? И где был Ольмерт в то время, когда бюджет утверждался правительством? Почему тогда, в 2003 году, занимая должность исполняющего обязанности премьер-министра, он не сказал, что сокращение оборонного бюджета преступно?
Нужно быть (бес)предельно наглым для того, чтобы сегодня говорить о недостатке бюджетных средств. ЦАХАЛ – это относительно небольшая армия, зато она сделалась неуклюжей от излишков. Излишки эти образовались, в основном, в последнее время, и недостатка денег на них армия не ощущала.
В течение многих лет армия не желала отделить тыл от фронта. Все согласны с тем, что боевые части, составляющие всего 20% личного состава, заслужили самых лучших условий службы. Но почему же экономист из Кирии в Тель-Авиве получает те же самые условия? И почему зарплаты в министерстве обороны намного выше, чем зарплаты в прочих министерствах?
Почему тыловые служащие ЦАХАЛа платят уменьшенный налог на здравоохранение, почему им сократили выплаты в Институт национального страхования? Почему ЦАХАЛ из собственных средств субсидирует строительство целых районов удешевленного жилья для отставных тыловых служащих?
И почему танки по проекту Меркава, проекту, который ежегодно обходится в 800 млн. шекелей, продолжают делать на самой дорогой в мире производственной линии – самой дорогой, потому что она принадлежит армии, оплачивающей затраты, немыслимые в деловом секторе? А что вы скажете по поводу многочисленных штабов, по поводу избытка численности, мегаломании проектов, персональных автомобилей и джипов? И почему тыловики-сверхсрочники получают право на пенсию в 41 год – абсурд, который стоит миллиарды?
Иными словами, деньги есть, и их даже много. Единственная проблема состоит в том, куда их направлять. Поэтому, если у резервистов не было биноклей или современных касок, - это не проблема бюджета, это проблема системы предпочтений. И, если армия не сумела поставить еду и питье солдатам в Ливан, это тоже не бюджетная проблема, это проблема управления складским хозяйством.
Но Нетаниягу и бюджетные проблемы – это хорошее оправдание унизительной неудачи, которой закончилась ливанская война. Из-за Нетаниягу вышел такой разрыв между целями и достижениями. Нам бы хотелось, чтобы Хизбалла была хилой, чтобы она не могла запускать ракеты по нашим городам, но она оказалась достаточно стойкой, продолжала сопротивляться, и ее органы управления поражены не были.
Это организация, способная выпустить даже в последний день войны 250 ракет, из которых 14 попали по Хайфе. Израиль хотел создать демилитаризованную зону до самой реки Литани, но получил вместо этого дырявое соглашение, больше похожее на сыр в мышеловке, которое не предусматривает разоружение Хизбаллы, не предотвращает ее повторного вооружения и оставляет ей все возможности для запуска новых ракет.
Вместо мощной группировки международных вооруженных сил Израиль, в лучшем случае, опять получит ЮНИФИЛ, армию пенсионеров, которая ради нас пальцем о палец не ударит. Она не предотвратит инфильтрацию людей Хизбаллы к нашей границе, а ливанская армия не захочет перекрыть каналы поступления вооружений от Сирии к Хизбалле.
Но самое опасное в сложившейся ситуации – это неустойчивое положение нашей армии, застрявшей во враждебной среде, беззащитной перед атаками Хизбаллы, уже провозгласившей, что рассматривает ЦАХАЛ как оккупационную армию, на которую можно нападать. К этому следует добавить проснувшуюся в душах ливанцев ненависть по отношению к Израилю – результат огромных разрушений инфраструктуры и городов, результат бегства сотен тысяч ливанцев из своих домов. Но хуже всего – это та кровь, которая пролилась с обеих сторон.
Поэтому приближенные Ольмерта в министерстве главы правительства должны подумать. И, прежде, чем заниматься поиском оправданий и ссылаться на бюджет, им бы стоило проверить размер того бюджета, который находился в их распоряжении, и сравнить его с размерами бюджета Хасана Насраллы. Интересно, составляет ли бюджет Хизбаллы хотя бы 10% от бюджета ЦАХАЛа? Или это один процент? Или одно промилле?
|
|
|
Навигация по порталу: 
