 |
29.10.2005 13:04 |
| |
К чему привела политика сдерживания? |
 |
Евгений Сельцспециально для Курсор-Инфо29 октября 2005 года
Словосочетание политика сдерживания вошло в лексикон руководителей израильских оборонных ведомств в начале XXI века – с исчезновением с карты мира так называемой Зоны безопасности в Южном Ливане.
Цель политики сдерживания – связать террористам руки, максимально ограничить их возможности, обескровить и обезглавить их организационные структуры.
Политика сдерживания складывается из ряда составляющих.
1.Возведение забора безопасности. По словам министра обороны Шауля Мофаза, забор снижает эффективность террористических организаций не менее, чем в двадцать раз. Это умозаключение вытекает из элементарных статистических подсчетов: на тех участках, где построен забор, количество проникновений террористов в пределы зеленой черты снизилось (в определенной период времени по завершении строительства) на 95%. Сюда следует отнести также и чрезвычайно интенсивную патрульную службу полиции и пограничных войск – как внутри страны, так и на границе с палестинскими территориями.
2. Превентивные атаки. В первую очередь, это так называемые точечные ликвидации лидеров террористических формирований. Речь идет о духовных (шейх Ясин и др.), политических (Абдель-Азиз эль-Рантиси, Фатхи Шкаки, Абу-Ала Мустафа, Салах Шхаде и др.) и военных лидерах (Ихья Аяш, Мухаммед аль-Шейх Халиль, Луаи Саади и др.). Сюда следует отнести и пресечение контрабанды оружия (захват судна Карин Эй, разрушение тоннелей под Филадельфийским коридором и т.д.), и разрушение инфраструктуры террора – уничтожение оружейных мастерских, поиск и уничтожение арсеналов с оружием и боеприпасами.
3.Интенсивная разведывательная деятельность. Эта составная часть политики сдерживания направлена не только на обеспечение чистоты точечных ликвидаций, но и на создание тотальной агентурной сети в самых темных – в информационном смысле – районах. В первую очередь, в Шхеме и Дженине, в Газе и на Хевронском нагорье. Цель – получение горячей информации о готовящихся терактах, о передвижениях боевых групп, об источниках финансирования, о тех или иных личностях в рядах террористических группировок и проч.
4.Тактика быстрого реагирования. Антитеррористические операции - мгновенный и жесткий военный ответ на любой теракт. Включает не только силовое подавление, но и массовые аресты, и блокаду территорий, и разрушение домов террористов.
5.Психологическая война. Самая слабая и неэффективная составляющая политики сдерживания. Пропаганда среди палестинского населения, ведущаяся с помощью разбрасывания листовок и неформальных контактов с палестинскими лидерами умеренного толка, вроде Женевской инициативы (Бейлин – Абед-Рабо) или Национального призыва (Аялон - Нусейба). Как ни странно – эти инициативы деятелей глубокой оппозиции вполне вписываются в правительственную политику сдерживания.
6.Внешнеполитическая и дипломатическая деятельность. Обработка западного общественного мнения, давление на крупнейшие организации вроде ООН и ЕС с целью осудить действия террористов, поиски и ликвидация каналов финансирования террористических организаций (Арабский банк, различные исламские фонды в Европе и США).
Следует отметить, что программа одностороннего размежевания, реализованная главой правительства Ариэлем Шароном, стала органической частью политики сдерживания. Ее реализация усилила позиции Израиля на международной арене, развязала ЦАХАЛу руки для нанесения превентивных ударов по сектору Газы и облегчила (больше морально, чем физически) строительство забора безопасности. В то же время размежевание существенно ослабило агентурные возможности военной разведки и ШАБАКа в секторе Газы, что, безусловно, повлияло на интенсивность точечных ликвидаций. (Публикации телефонных номеров, по которым сознательные жители ПА должны звонить в ЦАХАЛ или ШАБАК и указывать возможное местонахождение ракетной установки, ничего не дали. Никто пока не позвонил).
До последнего времени израильское руководство полагало, что политика сдерживания – самый эффективный метод борьбы с террором. Хотя руководители силовых ведомств и политики отдавали себе отчет в том, что этот метод направлен лишь на ослабление террора, а не на его уничтожение. Другими словами, политика сдерживания – это борьба со следствиями, которым несть числа, а не с причинами.
В конце концов, эта политика стала давать критические сбои. Выяснилось, что забор безопасности не так уж эффективен – некоторые террористы просачиваются сквозь него, как гамма-лучи; что превентивные атаки – это палка о двух концах, и любая точечная ликвидация провоцирует отнюдь не точечный теракт на территории Израиля; что тактика быстрого реагирования, кроме чувства глубокого удовлетворения некоторым политикам, ничего и никому не приносит.
Обозление и без того недоброго палестинского населения, активизация исламских радикалов в ПА и на территории Израиля, теракты в Гуш-Эционе, Эли, Хадере, град кассамов, постоянные обстрелы военнослужащих ЦАХАЛа - все это, в определенной мере, и есть результаты этой политики.
Сегодня, судя по всему, концепция сдерживания пересматривается. В министерстве обороны и в генеральном штабе ЦАХАЛа заняты поисками новых решений, которые могли бы свести активность террористов к минимуму.
Но пока в головы израильским стратегам никаких оригинальных идей не пришло. Зато пришла одна не очень оригинальная – похерить политику сдерживания на юге страны и построить вокруг сектора Газы Зону безопасности по примеру ливанской.
(Кстати, особенность политики сдерживания состоит в том, что она исключает такое понятие как линия фронта, то есть, другими словами, исключает столкновение противоборствующих сторон лицом к лицу на реальном, физически непрерывном участке территории).
Что же предлагают израильские стратеги из генштаба и минобороны? В предлагают они затянуть сектор Газы в пояс заградительно-оборонительных сооружений, снабженных соответствующим количеством личного состава, оснащенных патрульно-поисковыми подразделениями, артиллерией, контрольно-наблюдательной аппаратурой и проч.
Они предлагают протянуть вдоль границы с сектором Газы нейтральную полосу шириной в несколько километров (за счет отчуждения как палестинской, так и израильской территории) и объявить, что любой человек, ступивший в границы этой полосы, считается террористом и будет уничтожаться автоматически.
Они предлагают сосредоточить ударные подразделения и бронетехнику в виду трех основных очагов неблагополучия в секторе Газы.
1.Северная часть границы. Из района КПП Эрез будут просматриваться и, при необходимости, простреливаться лагеря беженцев Бейт-Ханун, Бейт-Лахия и Джебалия.
2.Восточная часть границы. Из района к северу от Кисуфим будут контролироваться лагеря беженцев Аль-Бурейдж, Нусейрат и Дир эль-Балак.
3.Юго-Восточная часть границы. Из района кибуца Нир-Оз будет контролироваться Хан-Юнес.
4.Южная часть границы. Из района КПП Керем Шалом будет контролироваться Рафиах и весь Филадельфийский коридор.
Рассуждать об эффективности этого плана излишне. История Зоны безопасности в Южном Ливане дает ответы практически на все вопросы. Не говоря уже о том, что реализация этой идеи будет однозначно расценена международным сообществом как возврат к оккупации.
Следует отметить и тот факт, что фронтальное противостояние террору заставит ныне разрозненные военизированные группировки в секторе Газы действовать сообща и, в конечном итоге, превратит их в подобие регулярной армии - как это было с Хизбаллой.
В общем, чтобы остановить кровотечение из головы, предлагается поступить, как в старом анекдоте: наложить жгут на шею.
Сейчас уже ни у кого нет сомнений в том, что политика сдерживания себя исчерпала и превратилась из инструмента обороны и защиты населения в инструмент культивирования угрозы, в своеобразные грабли, на которые руководство страны с упорством обреченного продолжает наступать изо дня в день.
Какие же альтернативы? Думаю, что никак не возвращение к ливанскому варианту. Скорее всего, альтернативы политике сдерживания лежат вне силовой плоскости. Возможно, в политико-дипломатической, возможно, в финансово-экономической.
Ответа на вопрос об альтернативах пока нет. Но на данном этапе уже многого стоит тот факт, что в правительстве и генеральном штабе армии понимают: политика сдерживания выполнила свою историческую миссию и пора сдать ее в архив.
|
|
|
Навигация по порталу: 
