Двухдневный визит президента России Владимира Путина в Китай, начавшийся 19 мая, был запланирован давно и приурочен к 25-й годовщине подписания китайско-российского Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве.

То, что он пройдет всего через несколько дней после переговоров в Пекине президента США Дональда Трампа и председателя КНР Си Цзиньпина, по мнению наблюдателей, подчеркивает заметно укрепившиеся геополитические позиции Китая на мировой арене, все более фрагментированной и отмеченной соперничеством великих держав.

Ожидается, что российский и китайский руководители обсудят двусторонние экономические и торговые вопросы, а также международные и региональные темы. По словам Юрия Ушакова, помощника Путина, курирующего вопросы внешней политики, по итогам саммита будут подписаны около 40 документов, причем 21 - "в присутствии лидеров".

На фоне резкого ухудшения отношений с Западом из-за вторжения России в Украину Пекин стал крупнейшим торговым партнером Москвы — на его долю приходится более трети российского импорта и более четверти — экспорта при объеме двустороннего товарооборота, составившем в прошлом году 228,1 млрд долларов. Это тесное партнерство, указывают аналитики, имеет и военное измерение.

В июле 2025 года Reuters по итогам своего расследования написало, что китайцы, используя подставные фирмы, поставляют в РФ двигатели для беспилотников под видом промышленного холодильного оборудования. В Пекине решительно опровергают подобного рода обвинения.

В преддверии саммита Путина и Си Клаус Сун, эксперт берлинского аналитического центра Mercator Institute for China Studies (Merics), заявил DW, что складывающаяся в мире геополитическая ситуация ставит Пекин в выгодное положение.

По его словам, и Соединенным Штатам, и России сейчас нужен Китай, но по совершенно разным причинам: Вашингтон рассматривает Пекин как стратегического соперника, тогда как Москва стремится к партнерству с ним на основе совпадающих интересов в геополитике и энергетической сфере. Но китайцы, по выражению Суна, не испытывает необходимости ни балансировать влияние США, ни дистанцироваться от напряженности между РФ и Западом.

Си Цзиньпин устроил теплый прием Дональду Трампу, и тот, судя под сему, покинул Пекин, будучи преисполненным оптимизмом. Визит Путина, как предполагается, отчасти направлен на получение им гарантий того, что сближение Китая и США не будет происходить за счет России, продолжает эксперт Merics. По его словам, для президента РФ первоочередной задачей является подтверждение тесных отношений с Си и понимание текущей позиции Пекина. Вопрос более стратегической направленности — прояснить, кто мог бы стать надежным посредником в случае, если Россия начнет искать пути завершения войны в Украине.

Недавние сигналы — парад на Красной площади 9 мая без военной техники и продолжающиеся удары украинцев по нефтяной инфраструктуре РФ — свидетельствуют о том, что Москва, возможно, испытывает усталость от войны, добавляет Клаус Сун. И напоминает, что с момента вторжения России в Украину в феврале 2022 года Путин регулярно встречается с Си. Для Пекина эти отношения, по оценке эксперта, по-прежнему остаются стратегическим приоритетом, хотя баланс носит асимметричный характер: Россия сейчас в большей степени зависит от Китая, чем наоборот.

На фоне усиливающегося давления в войне с Украиной Путин по-прежнему во многом зависит от Китая, считает Дин Шуфан, профессор восточноазиатских исследований Национального университета Чжэнчжи на Тайване. И указывает в связи этим на продолжающиеся закупки китайцами российских энергоносителей, а также доступ к товарам двойного назначения и цепочкам поставок. Остается неясным, изменит ли Пекин уровень своей поддержки, "словно регулируя подачу воды из-под крана", делится Сун.

По его мнению, "Китай не хочет войны, это не в его долгосрочных интересах", поэтому вряд ли сможет оказать существенное влияние на ситуацию в зоне боевых действий. "Возможно, продолжение войны в Украине и не в интересах КНР, но для нее гораздо больший риск представлял бы крах режима (Путина. - Ред.)", - полагает эксперт Merics. И уточняет, что Пекин будет рассматривать смену власти как в Иране, так и в России, как негативный для себя исход.

Ведь ослабленная или нестабильная РФ создаст непосредственные стратегические риски для Китая - у стран огромная общая граница, и Москва остается важным стратегическим партнером КНР. Это, полагает Сун, означает, что Пекин вряд ли захочет, чтобы Россия сильно проиграла, даже несмотря на то, что избегает более непосредственного участия в войне.

Между тем Китай, в числе прочих стран, страдает от блокады Ормузского пролива и вызванных ею перебоев в поставках нефти на мировой рынок. Учитывая внутренние проблемы, такие как избыток производственных мощностей, китайцы не смогут и далее без проблем экспортировать свои товары, если важные регионы будут охвачены военными конфликтами.

Аналитики констатируют, что сохраняющаяся нестабильность на Ближнем Востоке может сделать закупки российских энергоносителей более привлекательными для Пекина. В 2025 году на долю Россию приходилось почти 18% импортированной Китаем нефти, на долю Ирана - примерно 13%, других стран Персидского залива - 42%.

Западные санкции вынудили Москву перенаправить свой экспорт на восток, в то время как война США и Израиля против Ирана продолжает вызывать опасения по поводу судоходства через Ормузский пролив. России нужен китайский рынок, в то время как КНР может сейчас получать со скидкой российские углеводороды.

"Китай и Россия - по сути, как пара в одной постели, но имеющая разные представления о будущем", - так образно Клаус Сун описывает интересы партнеров, называя их совпадающими, но не полностью идентичными. Для КНР, сообщил эксперт, одной из ключевых целей является обеспечение более надежных и устойчивых поставок энергоносителей - без чрезмерной зависимости от Москвы, что дало бы последней рычаг влияния.

Хотя повестка российско-китайского саммита пока не ясна, Сун не исключает появления признаков возможного охлаждения двусторонних отношений. Возможно, новые соглашения и будут подписаны, но, как выразился эксперт, для таких стран, как Китай и Россия, подобные сделки часто являются началом, а не концом процесса.

И привел в качестве примера предложение Китая о создании банка развития Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), впервые прозвучавшее в 2010 году и фактически остававшееся заблокированным до саммита ШОС в Тяньцзине в 2025 году. При этом данный проект до сих пор находится на стадии многосторонних консультаций и согласований.

Первоисточник: dw.com »