«Я снимал нутром!»

Еженедельная газета «Место встречи Монреаль» знакомит читателя с широко известным в интеллектуальных кругах еще с 60-70-х годов мастером андеграунда в кинематографе, скандально экстравагантным режиссером русского происхождения Алехандро Ходоровски.

«Вот уж кто не заботится о том, поймут его или нет. И, смотрите-ка, процветает. Обосновавшись в одном из самых дорогих кварталов Парижа с целым стадом кошек (их 9, уловили связь с мистикой?), Ходоровски успевает в свои 82 года самовыражаться в кинематографе, в графической новелле, в литературе, в театре, в семинарах по буддизму и картам Таро. Женат, между прочим, на молоденькой. Всех своих сыновей - их было четверо, сейчас трое - вырастил сам (расставаясь с Ходоровски, женщины оставляли ему детей). Ездит по городам и весям», - пишет автор статьи о нем.

В начале XX века деды и бабки Ходоровски эмигрировали из России: «
мою бабушку с материнской стороны во время погрома изнасиловал казак, она приехала в Чили беременная и родила дочь от этого казака - мою мать. По отцу я - Ходоровский, по матери - Пружанский, а фамилию казака, к сожалению, не знаю». Правда или байка? Об этом можно узнать в романе Ходоровски «Дерево повешенного бога».

Известно, что русского языка режиссер не знает и до сих пор сожалеет, что из бешеных споров отца с матерью не понимал ни слова. Карьеру мальчику избрали благополучную: он должен был выучиться на врача. Но в роду были циркачи. Может, они и передали Саше-Алехандро страсть к искусству. Когда в 1953-м Ходоровски уезжает в Париж, за плечами у него опубликованный сборник стихов, создание Teatro Mimico, первая пьеса. Едва сойдя с самолета, он глубокой ночью будит Андре Бретона телефонным звонком, требуя личной встречи. Глава сюрреалистов всея Земли был гневлив и раскричался: «Да кто вы такой, черт возьми?» - «Меня зовут Ходоровски, мне 24 года, я приехал из Чили, чтобы воскресить сюрреализм».

Он мотается по миру с Марселем Марсо, изучает искусство пантомимы, сочиняет для Марсо сценки. Работает в парижском мюзик-холле. Врастает в среду. В 1957-м ставит свой первый фильм – короткометражную экранизацию рассказа Томаса Манна «Обмененные головы». (Жан Кокто дал о нем восторженный отзыв). Живет то в Мексике, то во Франции. Вместе с друзьями – испанским драматургом Фернандо Аррабалем и французским писателем Роландо Топором (оба переведены на русский) основывает в Париже языческий анархический театр «Паника», во славу козлоногого бога. Культурологи принимают эту затею всерьез и до сих пор исследуют как «одно из движений постсюрреализма». Ходоровски над ними смеется: «Это была шутка».

Алехандро Ходоровски снял всего несколько картин. В 1967-м он выпускает полнометражный фильм «Fando y Lis» («Фандо и Лис»), по пьесе Аррабаля, и продолжает учиться - одновременно со съемками: киношного образования у Ходоровски не было (и нет). Он дышал в затылок оператору, пытался вместе с ним заглянуть в глазок кинокамеры, почувствовать, чем материал на пленке отличается от того, что он видит на площадке. Анализируя грубые художественные погрешности в этом фильме, критики ссылаются на то, что он малобюджетный. Но все-таки не в три песо. Режиссер не врет и вспоминает о своей элементарной неумелости, хотя сразу же и успокаивает: «…если вам доступно мастерство мима, вы точно знаете, как снимать фильм». Вообще, это поразительно: деньги на проект нашлись, и на фестиваль в Акапулько, собиравший голливудские и европейские работы, фильм выдвинули.

Сюжет картины – в канонах театра абсурда: сквозь в буквальном смысле слова разрушенный мир юный Фандо везет свою парализованную возлюбленную Лис в единственный уцелевший, легендарный город Тар, где прекрасные мечты становятся реальностью и он сможет излечить подругу. Эта канва, кажется, послужила режиссеру поводом, разбавив фрейдистские мотивы средневековой символикой, выплеснуть на экран все, что цивилизованный, воспитанный человек аккуратно хранит в подсознании. Фестивальная публика в этом смысле, очевидно, прошла консервативную школу, поскольку откровенность режиссера возмутила ее до крайности. Мало того, что на сеансе поднялся крик и в экран полетели стулья, - толпа выскочила из зала и поджидала режиссера, чтобы – без шуток! – его линчевать. Вывезли Ходоровски в багажнике машины. Не кивайте на отсталого мексиканского зрителя. Наследники древней культуры, итальянцы после премьеры «Сладкой жизни» готовы были разорвать Феллини (чилиец его боготворит).

Диалога отца с сыном, написанного Ходоровски для «первой песни» фильма, мексиканцы, возможно, и не услышали. Вот он вкратце. Отец: «Я был бы великим пианистом» - Сын: «А если бы я отрубил тебе руку?» - «Я играл бы одной рукой» - «А если обе?» - «Я бы стал великим танцором» - «А если и ноги?» - «Из моей кожи сделали бы замечательный барабан» - «А если бы порвался барабан?» - «Я бы стал облаком, проливающим дождь, чтобы останавливать войны». Режиссер и сегодня говорит: «Мне очень понравилась эта пьеса Аррабаля, потому что там была детская чистота
среди садомазохистов
Я снимал нутром!» А фестиваль в Акапулько после этого скандала перестал существовать.

Слава Алехандро Ходоровски как признанного мастера андеграунда в кинематографе началась с картины «El Topo» («Крот», 1970), где режиссер сыграл главную роль. Дать этой картине исчерпывающее жанровое определение сложно. Фильм-притча, но второй план - не аллегория, а символ и миф (как и само название, намекающее на «подполье» - underground), и никто ничего зрителю не объясняет. Режиссер настаивает, что в его работах все символично и строго выверено. Для него самого – возможно. Но, как и в любом акте общения с искусством, вы выуживаете с экрана то, что вам близко или просто знакомо. Ветхий завет, дзен, христианство. Выбирай – не хочу.

На публику фильм вышел благодаря владельцу нью-йоркского кинотеатра «Elgin», побывавшему на премьере в Museum of Modern Art. Поначалу «Крота» показывали на ночном сеансе в полупустом зале. Но через несколько месяцев на него уже было не попасть. Джон Леннон подвигнул своего продюсера Алена Кляйна купить права на картину и финансировать следующий проект режиссера – «The Holy Mountain» («Священная гора», 1973).

Центральный конфликт «Горы» - столкновение реальности, где ты при желании в себе волен, с несвободой сконструированных человечеством мифов, в которые режиссер включает и религии. Восхождение на гору как метафора духовного преображения присутствует и в иудаизме, и в синтоизме. Интернациональна. Но прежде всего Ходоровски опирался на переосмысленную поэму Св. Хуана де ля Крус «Восхождение на гору Кармель» и французские мистические тексты. Тем неожиданнее прозвучит, что это кинокомедия. Ее киноведческие толкования смешат едва ли не больше, чем сама картина. Уж слишком все всерьез. Сегодня Ходоровски называет этот фильм «слегка наивным», но в 70-е и сам режиссер под ними бы подписался («если бы я не сделал этот фильм, я бы сейчас работал психиатром», «я был не в своем уме, но не сомневался, что обязан сделать нечто священное»).

В середине 70-х Ходоровски не мелочился. В попытке постановки «Дюны» Фрэнка Херберта на роль падишаха-императора сговорил Сальвадора Дали, во-первых, потребовавшего гонорар $100 000 в час, во-вторых, полной независимости по отношению к сценарию. Самые глубокие его прозрения на этот счет – замена трона унитазом (конечно, по эскизу самого художника, относившегося к предмету трепетно) и солидный метраж, посвященный освобождению монаршего организма от шлаков (вполне в духе Ходоровски). На фильм были приглашены, в том числе, Орсон Уэллс, звезда немого кино Глория Свенсон, Алан Делон, Мик Джаггер. Основное музыкальное сопровождение возложили на «Пинк Флойд». Художники уже набросали более 3000 эскизов и склеили кучу макетов. Режиссер фонтанировал идеями. Позже он не раз замечал, что их использовали в «Звездных войнах» и в «Чужом», причем ни от Лукаса, ни от Скотта опровержений не последовало. Но выяснилось, что длиться экранизация будет, как минимум, часов 10; что подготовительный период уже обошелся финансирующей стороне в одну пятую часть бюджета. И, главное, – слишком много европейцев участвуют в американском проекте. Тут-то все и закончилось. В 1984-м «Дюну» снял Дэвид Линч. Ходоровски картину искренне обругал – и перестал обижаться. Фрэнк Херберт, автор романа, был доволен.

В Монреаль 82-летний Алехандро Ходоровски наведался прошлой весной. «Несмотря на ущербный французский, вел за собой собравшихся мастерски, заставляя думать, хохотать, спорить. Нет, на старца этот убеленный сединами гуру, электризовавший зал своей энергией, не похож», - рассказывает автор статьи. По словам режиссера, «с возрастом либо становишься слабее, теряя силу, либо обретаешь некоторую смелость - тебе нечего больше терять и нечем рисковать... Можешь говорить всё, что захочешь, делать, что захочешь. Перестаёшь торговать собой».

И еще пара цитат режиссера, к которым комментарий не нужен. «Как образовалась сеть террористов, так должна возникнуть и сеть поэтов. Дух поэзии – единственное, что сможет спасти сейчас мир». А вот итог: «Главное – быть живым, здесь и сейчас. Это самая большая тайна», - цитирует скандального мастера андеграунда «Место встречи Монреаль».

Вечер с ватрушками и медведем

Общество «Мы говорим по-русски» в Швеции 19 октября провело показательный вечер о русских традициях чаепития, сообщает портал Союза русских обществ в этой стране.

«В кафе Hammars gård при церкви Хаммаре, в здании старинной усадьбы, собралось человек 50, мест не хватало. Сначала была заминка, - пока заварили и разнесли чай, народ сидел и ждал, - зато все прочувствовали атмосферу, это было по-русски! Пришли и шведы, и соотечественники. На каждом столе стоял самовар. Было много пирогов, ватрушек, блинов, бутерброды с чайной и московской колбасой, - все как в настоящем трактире. В общества есть много талантливых пекарей, и не только из соотечественников, - были пироги и от шведской Гуннель, и от эквадорки Хильды. Был даже медведь - танцевал цыганочку!», - рассказывает автор заметки.

Одна гостья подвела итог: если переставить буквы в слове самовар, то получится шведское слово samvaro, - и это именно то, что происходит вокруг самовара.

В Софии отметили юбилей Царскосельского лицея

Российский культурно-информационный центр (РКИЦ) в Софии 19 октября отметил 200-летие Царскоселького Лицея открытием в Мраморном зале фотовыставки, посвящённой Лицею, и прошедшим в Большом зале концертом учащихся Русского лицея в болгарской столице.

Выступление юных софийских лицеистов на сцене РКИЦ состояло из содержательной и прекрасно исполненной литературной композиции, музыкальных и танцевальных номеров. Дети на прекрасном русском языке читали исторические заметки о Лицее, воспоминания и стихи лицеистов. Стихи Пушкина звучали не только в блистательном оригинале, но и в замечательных переводах на болгарский и английский языки. Самые младшие воспитанники Русского лицея трогательно и мастерски по ролям прочитали вступление в поэму «Руслан и Людмила». Юные лицеистки в платьях пушкинской поры и их кавалеры в костюмах, напоминающих мундиры первых лицеистов, торжественно исполнили парадный танец. Балетный номер трёх юных танцовщиц под музыку Чайковского просто очаровал зрителей. Все это происходило на фоне проецируемых на большой экран видов Лицея и Царского Села, картин, рисунков и фотографий, так что зрители вместе с участниками концерта как бы попадали в царскосельские интерьеры и парки, становясь участниками царскосельской жизни, изображенной на старых литографиях и знаменитых картинах.

Праздник, по мнению всех присутствовавших, удался. Было предложено сделать 19 октября ежегодным праздником Русского лицея в Софии и отмечать его при содействии РКИЦ, что будет способствовать продвижению российской культуры, образования, русского языка среди молодого поколения болгар и российских соотечественников, пишет портал РКИЦ. http://rus.ruvr.ru - ("Место встречи Монреаль", Канада)