 |
22.04.2010 09:56 |
| |
"Папа опьянел от славы..." |
 |
Выдающийся советский артист Сергей Филиппов умер двадцать лет назад. Его сын Юрий, художник и дизайнер, к тому времени эмигрировавший в США, хотя и состоял с отцом в переписке, узнал о его смерти совершенно случайно и приехать на похороны, конечно же, не успел…
– Юрий Сергеевич, что для вас актер Сергей Филиппов? Не кто, а что. Когда вы поняли, что он – большой актер?
– В первую очередь Сергей Филиппов для меня отец.
Хотя я мальчишкой и околачивался постоянно в Театре Комедии, но до конца, конечно же, понять не мог, какой большой он был артист. Я тогда не то чтобы не ощущал его популярности, мне было все равно, знаменит он – не знаменит. Он был отец, и это самое главное. У нас вообще семья артистическая. Мама тоже была актрисой – балериной. Меня театральная жизнь нисколько не удивляла и не представлялась чем-то необычным.
– Но ведь был и артист, перед которым, как мы знаем из воспоминаний, трамваи останавливались…
– Я тоже слегка прикоснулся к его славе. Когда мы шли по улице, люди смотрели нам вслед, пытались заговорить с отцом. Сергей Николаевич, видимо уставший к тому времени от славы, очень нервно реагировал. Не всегда был вежлив. Что мне было непонятно, но, вероятно, у него на то были основания.
Кстати, однажды в Америке мы с Таней, моей женой, зашли в какой-то маленький ресторанчик, как сказал бы папа, «выпить рюмку супа», и господин, сидящий за соседним столом, говорит: «Изя, ты знаешь, кто это к нам пришел?» – «Конечно, это Юра Филиппов, известный художник. Он сын Смоктуновского!» А второй поправил: «Никулина!» Так я понял, что папа на уровне этих выдающихся актеров.
– Юрий Сергеевич, почему же вы не пошли, как сказал бы Сергей Николаевич, по папиным «стопкам»?
– Я был слишком ленив, как и сейчас, впрочем, – мне очень не хотелось рано вставать, учить роли, бежать на репетиции, на спектакли. Мне очень не хотелось, чтобы мной кто-то командовал, – режиссеры же всегда командуют. А мама мне сказала: «Не хочешь быть актером – иди в художники». И я этому страшно обрадовался, тем более что к тому моменту уже окончил художественную школу, и потом мне казалось, что художник ходит куда-то, если хочет, рано не встает, начальства, как правило, у него нет. Замечательная профессия, чудо просто! Ну и поступил я в Мухинское училище. Папа рассердился, естественно – он хотел, чтобы я шел по его «стопкам» методом «пробок» и ошибок. Потом оказалось, конечно, что художнику тоже приходится работать, я недавно так много работал, что аж рука заболела.
– Говорят, Филиппову и в обыденной жизни было присуще чувство юмора.
– Настоящий комик – человек грустный, сам, как правило, никогда не смеется. Не обязательно в быту он большой шутник и юморист. Хотя, конечно, Сергей Николаевич всегда был душой компании. Находились у него шутки и для меня. Заходим в пирожковую, и он: «Дайте мне два пирожка с котятами!»
– Так автор этого выражения он?!
– Он. «Что вы такое говорите?» – возмущаются в пирожковой. «А что, вы мне хотите сказать, вы туда говядину кладете?» – парирует он. Это не было буффонадой, это происходило совершенно органично.
– Недавно увидевшая свет книга «Есть ли жизнь на Марсе?..» состоит из двух частей: ваших воспоминаний об отце и воспоминаний людей, которые его хорошо знали. Большинство из них, высказываясь об отношениях Сергея Николаевича с его женой писательницей Антониной Голубевой, автором некогда знаменитой книги «Мальчик из Уржума», говорят как о странных и
очень нежных. У вас, мягко говоря, о ней другое мнение. И уж совсем непонятно, что же все-таки произошло после шумных посиделок в «Астории», где они познакомились. Почему же он не ушел утром от нее, а остался на 40 лет?
– Мне это тоже непонятно. До сих пор. Я думаю (и многие актеры так говорят), что, когда он возвращался домой вечерами после очередного банкета, чуть ли не приползал, учинял скандалы, она почему-то терпела, а на следующее утро говорила: «Сереженька, ты вчера такое говорил! Тебя точно посадят…» Видимо, ему нравилось, что она ухаживала за ним. Я уверен: она была внимательна к нему. Ну а с другой стороны
Придешь к ним, а в доме настолько все неубрано, настолько грязно! Ну смешно даже! Впрочем, многие отмечают, что из дома он всегда выходил чистый, наглаженный. Кто-то рассказывал, что папа приболел и они то ли зашли его навестить, то ли зарплату принесли, а отец лежал весь в кружевах – ну просто волк из сказки «Красная Шапочка» в постели бабушки! Голубева приготовилась, зная, что придут люди.
– Сергей Филиппов был глубоко аполитичный человек, а Голубева – ярый коммунист, чуть ли не агент КГБ, к нему приставленный
Что их могло связывать?
– Это знали только они. Да и мы не очень интересовались. Мне кажется, поначалу был просто какой-то страх. Он наговорил каких-то глупостей, а потом
Он же очень хотел славы, популярности и не смог бы пережить, если бы все рухнуло в момент. Она же могла на него доложить – легко! Думаю, он этого боялся. Кроме того, мама его выгнала из дому. Николай Павлович Акимов после эвакуации выхлопотал ему комнату, но там – голые стены, а тут – тепло, светло, да еще и приласкают.
– Вы в книге приводите слова отца, где он признается, что ради славы готов бросить и жену, и сына…
– Мама тогда страшно обиделась: «Ну и иди к своей славе!» Женщинам не говорят такие вещи. Когда начались восхищения, преклонения, застолья, отец так и говорил: «Хочу славы, славы хочу!» Вот и наступил момент опьянения
– И все же как-то в голове не укладывается, что ради славы можно пожертвовать семьей…
– Да она ему потом даром была не нужна, эта слава! Когда мы с ним приходили на какие-нибудь концерты и какие-нибудь восторженные поклонницы бросались: «Сергей Николаевич!» Он на них замахнется и – трехэтажным. «Папа, ну что ты, хорошие девушки!» – «Ну и забирай их себе!» Он тогда даже в газете напечатал: «Всех своих поклонниц отдаю сыну».
– Вам ваша фамилия помогала в детстве, в юности?
– Скорее мешала. Всегда появлялся «полицейский в юбке» (как в актерской среде окрестили Голубеву) и говорила: этого мальчика нужно сурово наказать! Дошло до того, что, когда я в Мухе пришел однажды за стипендией, мне сказали: «А вам стипендии нет!» – «Как это? У меня одни пятерки!» – «Тут, – говорят, – от вашего папы пришли и сказали, чтоб вам стипендии не давали, а лучше бы отдали кому-нибудь другому». Я им говорю: «Вы что, с ума сошли?» Я пошел, конечно, к декану – стипендию вернули. Но сам факт возмутительный!
– В Штатах фамилия, конечно же, не могла ни помочь, ни помешать…
– А в Штатах только так: дочка мэра будет мыть посуду, чтобы оплачивать свою учебу. Вообще-то, конечно, зря я поехал, но в молодости мне так хотелось показать себя, покорить мир. Приехал я в штат Алабама, увидел, что мне там и делать нечего, сел на автобус и поехал в Нью-Йорк. Там на шестой день нашел работу. Через некоторое время открыл свое дизайнерское бюро, устраивал выставки, благодаря своим работам стал членом Британского королевского общества, оказался включенным во многие энциклопедии.
– Когда вы в первый раз побывали на могиле отца?
– Наверное, году в 1997-м. Мы стали приезжать, потому что решили писать книгу о папе. Кстати, мы очень долго искали могилу на кладбище. Мы с женой даже не знали, где он похоронен. С большим трудом узнали, что на Северном. Помню, мы по снегу ползали долго, но все-таки могилу нашли, там стояла гранитная стела с датами и внизу: «Народный артист России».
– Тогда уже бюста не было?
– Да, его попытались утащить мародеры, но он оказался очень тяжелым, и они его бросили. Бюст мы видели в актерской гильдии. Кстати, при жизни отца он стоял у него дома, на шкафу. И по словам актера Владимира Труханова, Сергей Николаевич завещал: «Вот его-то и поставите на моей могиле».
– Получается, что отец вас с женой еще и вернул в Россию?
– Вернул. Не то чтобы окончательно, но пока мы здесь. Я очень жалею об одном. Что отец не побывал в Америке. Он играл в советско-американском фильме «Синяя птица», и режиссер Джордж Кьюкор приглашал его в Голливуд, обещал подыскать роль. Он по достоинству оценил талант Сергея Филиппова. Кроме того, ему очень нравилась его неординарная внешность. «Сергей Николаевич, только не забудьте свое лицо с собой взять…» – шутил он. Но вскоре Кьюкор умер…
– То есть была реальная возможность оказаться в Голливуде?
– Была, но, думаю, он в жизни бы туда не поехал, его бы Голубева не пустила.
Беседовали Мария Микей и Владимир Желтов http://www.nvspb.ru/
Комментарии
Аськин вчера, 13:02
Журналисты спрашивают "Сергей Филиппов был глубоко аполитичный человек, а Голубева – ярый коммунист, чуть ли не агент КГБ, к нему приставленный
Что их могло связывать? "
1. Ярый коммунист и стукач КГБ - вещи никак не связанные. Среди диссидентов вот стукачей была масса (поэтому в 1991г. в России в отличие от Чехии или Польши - имена агентов не раскрывали). Как это делалось - да элементарно. Брякнет парень дурной анекдот, кто-то в компании стукнет, его вызывают в комитет - хотите с нами сотрудничать, или из института выгонят, отправят служить в Афганистан, смывать кровью. Многие из творческих интеллигентов стучали, чтоб быстрей получить квартиры, премии, а те на кого они настучали - наоборот не получили этих благ. А если человек коммунист и настоящий, а не для галочки, то кто к нему подойдет высказывать антисоветские мысли?
2. Зачем "приставлять агента КГБ" к какому-то артисту второго плана? Он что - физик-ядерщик? Ну брякнул бы Филиппов по пьяни антисоветский анекдот, ну так при Хрущеве и Брежневе на это уже закрывали глаза, вот посади его за такое - ущерб Советской власти был бы действительно реальный.
Филиппов-мл. говорит: "Он же очень хотел славы, популярности и не смог бы пережить, если бы все рухнуло в момент. Она же могла на него доложить – легко!"
Нехорошо - о мертвых либо ничего, либо - хорошее. Тем более валить на покойницу-мачеху - могла она на мужа донести, не могла, легко или с душевной мукой, о чем она и отец думали - как теперь проверить?
С Лиговского канала вчера, 16:24
"Я думаю (и многие актеры так говорят), что, когда он возвращался домой вечерами после очередного банкета, чуть ли не приползал, учинял скандалы, она почему-то терпела, а на следующее утро говорила: «Сереженька, ты вчера такое говорил! Тебя точно посадят…» Видимо, ему нравилось, что она ухаживала за ним"
Филиппов был, никто не спорит, хороший артист. Но - судя по тому что о нем свидетельствует его же родной сын - типичный алкоголик. Почему-то у нас считается, что если обычный человек совершит преступление по пьяни, то его надо карать, а если "гений", то - просить, он же "в творческом поиске". Но 1. как измерить эту гениальность? 2. если вашу дочь собьет насмерть пьяный водила, то будет иметь значение - гениальный этот водила в гражданской жизни или бездарный, на ворованные деньги он себе авто купил или на честно заработанные?
Сын Филиппова ненавидит вторую жену своего отца. Но ведь ей, судя по всему, приходилось терпеть пьяные выходки папаши Филиппова. Она его пугала, что тот напившись что-там наболтал (время было такое что за анитсоветчину могли посадить, известно, что у пьяного на языке, то у трезвого на уме). Но похоже, эти наивные женские запугивания были средством побудить, чтоб актер пил пореже и поменьше.
"Мы артисты - наше место в буфете".
РЕАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА.The real policy
|
|
|
Навигация по порталу: 
