Как отмечают многие эксперты, на протяжении всех восьми лет правления администрации Буша американо-российские отношения становились все хуже и хуже. Удастся ли Бараку Обаме переломить эту тенденцию? Фото ASSOCIATED PRESS  

 Всего лишь через несколько недель после его инаугурации вице-президент Джо Байден дал ответ на этот вопрос во время проходившей в Мюнхене международной конференции по проблемам безопасности. «Пора – перефразируя слова Барака Обамы – нажать кнопку «перезагрузки», – заявил он, – и пересмотреть многие сферы, в которых мы можем и должны сотрудничать с Россией».

По мнению экспертов, речь Джо Байдена способствовала тому, что в американо-российских отношениях зазвучал новый, более оптимистический тон.

Бывший помощник президента по национальной безопасности Брент Скаукрофт охарактеризовал сегодняшние отношения между Вашингтоном и Москвой как «колючие», но улучшающиеся. «Нажать кнопку «перезагрузки» – это именно то, что следует сделать, – считает он. – Вот уже несколько лет, как наши отношения буксуют, и сегодня необходимо изменить это положение дел. По-моему, мы находимся на пороге этих изменений».

В настоящее время стороны заняты подготовкой соглашения по контролю над ядерными арсеналами, призванное заменить договор 1991 года, срок действия которого истек 5 декабря. Впрочем, США и Россия договорились соблюдать условия прежнего соглашения, пока не будет подписано новое.

В ходе июльского саммита Барак Обама и Дмитрий Медведев пришли к согласию относительно основных принципов нового договора. Оба президента признали необходимость сокращения ядерных арсеналов – как количества боеголовок, которым располагает каждая из сторон, так и средств их доставки – ракет и стратегических бомбардировщиков.

Прежним договором предусматривалось также применение строгих верификационных процедур, которые, по мнению многих экспертов, следует включить и в новое соглашение.

Этого мнения придерживается, в частности, бывший министр обороны США Джеймс Шлессинджер. «Основная проблема – в деталях, – считает он. – Как вам известно, прежний договор включает в себя процедуры верификации – речь идет, в частности, о действиях российской стороны с применением наступательных вооружений, а также о производстве последних. И мы, разумеется, заинтересованы в том, чтобы верификационный процесс продолжался».

По мнению многих экспертов, Москва заинтересована в менее детальных верификационных процедурах. Иными словами, мнение российской стороны в данном случае расходится с точкой зрения Вашингтона.

Российская сторона ведет переговоры в жестком стиле, считает бывший госсекретарь США Лоуренс Иглбергер: «К примеру, недавно русские, насколько я понимаю, ужесточили свою позицию по некоторым вопросам, в свое время вызывавшим особое внимание с нашей стороны. И в этих обстоятельствах – я имею в виду: при нынешнем правительстве, при нынешнем режиме, поскольку развивать отношения с Россией является делом рискованным, – неразумно было бы идти на компромиссы».

В данном случае пойти на компромисс означало бы допустить ослабление верификационных процедур, подчеркивает Иглбергер.

Другие эксперты, однако, полагают, что поскольку любое соглашение должно быть ратифицировано Сенатом, все процедуры подлежат тщательному анализу – в особенности же те, что связаны с процессом верификации. Договор должен быть ратифицирован и российской Госдумой. Однако этот вопрос можно считать предрешенным, отмечают аналитики. Андре де Нешнера http://www1.voanews.com/