Беспрецедентное решение приняло руководство Псковской епархии РПЦ. Публицист Олег Дементьев за статьи о нравах, царящих в Спасо-Елеазаровском женском монастыре, отлучен от церкви и предан анафеме. Настоятельница обители решила не довольствоваться решением арбитражного суда, признавшего публикации Дементьева порочащими репутацию монастыря и монашествующих – матушка обратилась за заступничеством к суду духовному. Журналист согласен с тем, что анафема – дело серьезное, но собирается продолжать информировать общество и власти о «деяниях» игуменьи Елисаветы.

Анафема, или отлучение от церкви – исключительная мера наказания. После Льва Толстого у нас в стране она применялась лишь трижды: в отношении митрополита Филарета (Денисенко), провозгласившего себя патриархом Киевским и всея Украины, священника и экс-депутата Глеба Якунина (за активное участие в политике) и тех, кто применил оружие в дни октябрьского конфликта 1993 года. Заметим, что во всех этих случаях решение принимал Священный синод РПЦ. Псковская епархия оказалась первой, воспользовавшейся положениями «Основ социальной концепции Русской православной церкви», где говорится, что глава той или иной епархии может предать человека каноническим наказаниям «в случае систематического сознательного искажения информации о церковной жизни».

В какие же прегрешения впал журналист Олег Дементьев?

В серии статей он поведал о бурной деятельности настоятельницы Спасо-Елеазаровского монастыря игуменьи Елисаветы (Беляевой), которая, занимаясь восстановлением обители, понуждает местных жителей к дарению и продаже за бесценок земельных участков с домами. В некоторых случаях такие «операции» сопровождались угрозами в адрес пожилых людей. Как рассказала журналисту Татьяна Иванова, мать которой проживает в деревне Елизарово, где расположен монастырь, «матушка ведет себя вызывающе. Она многим говорила, что если дом не продадут монастырю, то окажутся на Горе, а там у нас кладбище». Другая собеседница Олега Дементьева, жительница Пскова Валентина Мыслевич, постоянно приезжающая в Елизарово к родственникам, сообщила: «Здесь на холме синий дом, который купили горожане. Она их запугала, что место это проклятое, что их дети ослепнут. И они испугались и продали монастырю дом. Говорят, и в Пскове в Регистрационной палате, и в Бюро технической инвентаризации матушкой все запуганы».

Рассмотрению «персонального дела» журналиста в епархии предшествовали заседания арбитражного суда. Игуменья требовала признать Олега Дементьева пасквилянтом и взыскать с него по одному миллиону рублей в свою пользу и в пользу монастыря. Суд отчасти удовлетворил иск, не найдя документальных подтверждений ряду фактов – Дементьев ссылался на рассказы елизаровцев. Правда, миллиона матушка не получила – ее честь и достоинство оценили в 10 тыс. рублей. Видимо, она сочла такое воздаяние несоразмерным оскорблению и попросила защиты у митрополита Евсевия (Саввина). А тот ничего другого не мог сделать, кроме как воскликнуть «Изыди, окаянный!»...

Заметим: чего-то подобного именно в Псковской епархии следовало ожидать. Инакомыслия, равно как и критики, там не терпят. Запрещение в служении прославленного иконописца архимандрита Зинона (Теодора), смещение с поста настоятеля протоиерея Павла Адельгейма, увольнение из воскресной школы его сына (он там работал директором)... Учитывая, что в конце прошлого года в епархии был составлен «черный список» СМИ, негативно освещающих церковную жизнь, компанию Олегу Дементьеву скоро может составить кто-то еще.

Впрочем, епархий в России, как и журналистов, много. Михаил Поздняев, http://www.newizv.ru